Святилища язычников где Богам приносились жертвы и читались молитвы

Подробное и точное описание: Святилища язычников где Богам приносились жертвы и читались молитвы - святые тексты собранные из всех уголков мира на одном сайте.

Языческие жертвоприношения славян и целый спектр смежных вопросов активно обсуждается этнографами и культурологами всего мира не первый десяток лет. В Интернете на многочисленных околославянских форумах можно найти огромное количество статей, в которых описываются жертвоприношения древних славян и даже порой – со ссылками на некие источники. В этой связи нельзя не упомянуть основателя советской археологии Б.А. Рыбакова и его фундаментальную работу «Язычество древних славян», к которой мы еще обязательно вернемся, и которая по ряду нижеприведенных причин отвергается многими исследователями как объективный научно обоснованный труд.

Вопрос о том, что собой представляли жертвоприношения славян-язычников, остается полемичным для ученых, элементарно потому, что нет ни одного дохристианского источника, в котором упоминались бы подобные действия. Безусловно, здесь можно привести очевидный контраргумент – дохристианских русскоязычных источников нет в принципе. То есть археологами были найдены отдельные надписи (в том числе – выполненные рунами, некоторые – не расшифрованы до сих пор, как например, знаки на Микоржинских камнях и так называемая Ситовская надпись), но полноценных текстов нет. Притом, что некоторые находки (например, кости мамонта из Юдиновского музея) вполне читаемы с применением современного русского алфавита и знакомых нам грамматических правил, но это, как говорится, уже совсем другая история.

Как все это относится к вопросу о человеческих жертвоприношения у славян? Всему свое время. Относительно дохристианских источников стоит сделать два замечания. Во-первых, не стоит забывать о том, что в 1724 году по указу Петра I была создана Санкт-Петербургская Академия наук, которая на момент открытия имела в своем составе 15 академиков, среди которых не было ни одного русского (хотя бы в принципе – славянина). Как известно сия Академия была призвана аккумулировать все научные ресурсы страны и, что немаловажно, собрать в своих стенах все известные археологические и культурологические артефакты, в частности – летописи. По удивительному стечению обстоятельств, именно в первой половине XVIII века (как полагают многие исследователи – именно в связи с деятельностью Академии) пропали списки многих древнерусских летописей (к примеру, Иоакимовская и Волынская летописи).

Второе замечание проще и рельефнее: «Славянские хроники» Гельмольда из Боссау и «Деяния данов» Саксона Грамматика (в которых также есть упоминания о русах) не содержат в себе сведений о жертвоприношениях славян-язычников, хотя из этих текстов мы многое узнаем о культуре и обычаях Древней Руси (в том числе – о храмах «языческим» богам). В совокупности эти два «нюанса» навевают весьма любопытную картину, которая, однако, может быть справедливо отнесена к разряду домыслов. Собственно, как и факты жертвоприношения язычников, каковыми сегодня принято называть подавляющую часть раннесредневековых славянских племен.

Достаточно точно факт жертвоприношения описал в своих дневниках араб Ибн Фадлан, но нужно понимать, что Фадлан был послом в Волжской Булгарии (921-922 годы) и встречался в основном с купцами-скандинавами, но не руссами. И хотя очевидна схожесть культур во многом обряды викингов и славян отличались. В частности, нет археологических подтверждений обряду, который описывал Фадлан: одна из жен погибшего воина добровольно умерщвляет себя во время погребального обряда. Важно отметить, что лишь некоторые отечественные историки полагают, что здесь араб писал о руссах, для западных историков все очевидно – это были именно скандинавы (викинги, выходцы из Дании и Швеции). Тем не менее, на скандинавском полуострове действительно найдены подобные захоронения (хоть и позднесредневековые), где поверх аккуратно уложенного тела мужчины находится тело женщины в неестественной позе. Однако, это также достаточно спорный вопрос, ведь археология подтверждает и другой факт: раннесредневековые скандинавы и славяне практиковали кродирование (кремацию).

Таким образом, записки Ибн Фадлана ни в коей мере не могут служить свидетельствами кровавых жертвоприношений у славян. Разоблачение стереотипа имеет и другое основание, которое зиждется на личности вышеупомянутого Б.А. Рыбакова. Жертвоприношениям славян в его исследованиях на самом деле отведено совсем немного места, собственно – это лишь отдельные упоминания (меньше десятка) в работах «Язычество древних славян» и «Язычество древней Руси». Что же об этом пишет Рыбаков? Для наглядности я приведу лишь пару примеров, на основе которых человек образованный и вдумчивый без труда найдет аналогичные «разъяснения» и для других фактов, упомянутых археологом. Б.А. Рыбаков пишет: «Другой автор, несколько более ранний (писал в начале XII в.), перечисляя бесчеловечные языческие обряды, упомянул и «Таверская деторезанья идолом от первенець». Любопытно, но о том, кем является этот «другой автор» мы не знаем до сих пор, сам археолог не делает на этот счет никаких пояснений. Да и фраза «Таверская деторезанья идолом от первенець» вызывает серьезные сомнения в своей подлинности, элементарно потому, что не удается найти ни одного документального источника, где она встречается.

Другой пример из работы Рыбакова, цитата: «Бог Род был верховным божеством неба и вселенной. Ему приносили кровавые жертвы. Особый праздник, приходящийся на 20 июля (день бога-громовержца), документирован для славян района Родня календарем IV века нашей эры, а в 983 году в этот срок был принесен в жертву молодой варяг, проживавший в Киеве». Здесь сомнения вызывают два факта. Во-первых, 20 июля (как ниже по тексту пишет сам же Рыбаков) славяне праздновали день Перуна, а не Рода. Во-вторых, факт убийства в Киеве варяга действительно имеет место, но речь идет о другой дате и в других источниках, упоминающих это событие, нет никаких сведений о жертвенном характере убийства.

При этом, рассуждая о том, как Б.А. Рыбаков пишет о жертвоприношениях у славян, нельзя не вспомнить о том, что Л.А. Дмитриев и Д.С. Лихачев, а также А.П. Новосельцев (чьи имена не нуждаются в разъяснении) говорили об этом исследователе. В частности, ученые не раз упоминали, что Рыбаков является дилетантом в своей области, его этнографические и лингвистические теории абсолютно несостоятельны, а многие сведения о духовной жизни раннесредневековых славян, упоминаемые им, выглядят надуманными и не имеют реального подтверждения.

Пожалуй, все эти моменты вызывают еще больше вопросов. Но они хотя бы заставляют задуматься и взглянуть на устоявшиеся стереотипы по-другому. В частности, стоит вспомнить известный фрагмент из «Круга Земного» Снорри Стурлуссона, где описывается как конунг «приносит в жертву Одину своего сына». Ранние исследователи понимали эту фразу буквально, и лишь совсем недавно сбор этнографического материала по Древней Скандинавии подтвердил, что в данном случае речь идет об иносказательной жертве, конунг отдает своего старшего сына в жрецы Одина, то есть по логике вещей действительно жертвует им, ведь жрец не может наследовать трон.

Читайте так же:  Вечерняя молитва читать дома

Не менее известный оборот «медвежья кровь», который неоднократно встречается в средневековых летописях, также длительное время понимали превратно. Предполагалось, что славяне действительно поливали корни деревьев медвежьей кровью, принося своеобразную жертву. Исследование восточноевропейских диалектов подтвердило, что это лишь поэтический оборот и под «медвежьей кровью» понимался малиновый сок. Ранние славяне действительно поливали корни священных деревьев соком малины, но лишь для того, чтобы привлечь муравьев, которые, как известно, занимаются истреблением тли, защищая древесные кроны. Вот, какими были жертвоприношения у славян-язычников! Кровавые варвары, право слово!

И таким примеров – масса, просто нужно сойти в сторону с протоптанной колеи и самостоятельно разобраться в искомом вопросе. К примеру, важно отметить, что у славян слово «жертва» вообще никогда не использовалось в обрядах. Речь шла о «требах». Точная этимология слова неизвестна, но понятие – очевидно. До сих пор на поминках перед фотографией умершего мы ставим стакан водки и кусочек хлеба. А кто-нибудь знает – зачем? Не спешите «гуглить», ведь все элементарно. Это и есть наследие тех «треб», которые фактически представляли собой общую трапезу, в которой участвовали как живые, так и усопшие (предки, которые суть – боги). Не потому ли в христианских церквях, которые на Руси строились по подобию языческих капищ, есть место, которое так и называется – «трапезная»?

А что может означать фраза типа «забью 200 быков по случаю славной победы» (интерпретировано – «во славу бога победы»)? Неужели, две сотни быков положили на каменный постамент и безжалостно забили без всякой пользы (разумеется, сразу вспоминаются греческие гекатомбы)? Отнюдь, речь идет не о жертве, а об огромном пире, который военачальник устраивает для своих воинов. Всего-то!

Логично предположить, что стереотипы о славянских жертвоприношениях, использующие очевидную подмену понятий, появились в эпоху христианизации, чтобы очернить языческих богов в глазах молодых поколений (аналогичные процессы характерны также для христианизации Скандинавии, ведь, к примеру, многие исследователи полагают, что миф о Фрейе и Брисингах появился достаточно поздно и не входил в перечень оригинальных эддических текстов). В действительности, именно (и только!) христианские духовные деятели (как было показано выше – не историки!) писали о жертвоприношениях у славян. Да, это писали люди, которые «вкушают плоть и кровь бога своего»… Насколько это все забавно – вопрос риторический.

Сложная тема человеческих жертвоприношений, в родноверии поднимается редко. Тут нужно учитывать 2 момента. Во-первых, часть родноверов отрицает вообще возможность хоть каких-либо кровавых треб. Во-вторых, те, кто понимает, что кровавые требы были, просто не говорит об этом в слух. Но этот сложный вопрос придётся осветить. До нас это уже сделано многими авторами. Поэтому не ставим себе в задачу дать хронологию, или заявить о проблеме. Встала необходимость поговорить о типологии жертвоприношений. Существует 2 вида жертвоприношений, условно мы их поделим на человеческие жертвоприношения и жертвоприношение животных, растений, пищи и т.п. Не человеческие жертвоприношения (требы) были повсеместны у язычников. Задабривали богов во время торговли, праздников, просьб и т.п. Если говорить о человеческих жертвоприношениях, можно выделить 3 типа жертвоприношений. Добровольное, жертвоприношение христианина, вынужденное жертвоприношение язычников во время кризисных ситуаций. Человеческая жертва самая сильная, поэтому менее распространённая.

Любое вероисповедание предполагает обряды, совершение которых поручается избранным людям, которые считаются посредниками между людьми и духом или божеством. В язычестве такие люди назывались волхвами или жрецами. Эта группа людей выделилась не сразу: первоначально исполнял языческие обряды и приносил жертвы старейшина рода, затем – князь. Волхвы знали «черты и резы» и с их помощью составляли календари, хранили историю племен, всевозможные мифы и предания. В составе жреческого сословия было много различных категорий. А.А. Бычков приводит следующие:

« Лигушоны – низшие служители славянского языческого культа в ли-товских и прусских землях.
Обаянники – фокусники, которых призывали или посещали, «хотяше некая от них увидеть неизреченная».
Кудесник – совершал разные заклинания и чародейственные обряды, в кудесы (бубны) бия и предвещая будущее. Шаман.
Сновидцы – рассеивали в народе разные предзнаменования на основании виденных ими снов и уверяли, что они приняли извещение свыше.
Волхвы – во время народных бедствий толковали народу причины несчастия, часто указывая на каких-либо лиц, называя их виновниками и обрекая народному мщению.
Облакопрогонники – волшебники, которые повелевали дождем и ведром и через то самое могли приносить урожай и неурожай.
Волкодлаки – могли вызывать затмение солнца.
Ведунами и ведуньями называли лиц обоего пола, знавших тайную силу управлять обстоятельствами.
Зелейщики – знатоки силы трав и кореньев, знахари.
Ворожеи – привораживали жениха и невесту.
Вежливец – знахарь, которому поручается оберегать молодых от порчи, дурного глаза и прочего зла.
Дока – исцеляющий болезни и снимающий порчу мастер своего дела (1).
Кобники – служители культа, присматривающие за статуей бога и участвовавшие в обрядах жертвоприношения» (2).

Существовали волхвы – хранители , которые изготовляли различные амулеты – обереги и изображения богов. Волхвы – кощунники были сказителями «кощун», древних преданий и эпических сказаний. Их называли также баянами – от глагола «баять» – рассказывать, петь, заклинать. Кроме волхвов-мужчин, существовали и волхвы-женщины. Это были колдуньи, ведьмы (от «ведать» – знать), чаровницы, «потворы» .

Жрецы пользовались уважением народа и правителей. Они селились в капищах, у освященных деревьев и святых источников и питались остатками жертв, приносимых божествам.

Северо-западные племена славян селились на берегу моря или в горах, где было много камня, который позволял возводить еще более величественные и прочные храмы. Восхищенные отзывы о них можно обнаружить в записках многих путешественников тех времен. Например, в древнем городе Штетине, по отзывам древних путешественников, было четыре храма. Главный из них отличался своим художественным решением: он был украшен внутри очень правдоподобными выпуклыми изображениями людей, птиц и зверей; краски с внешней стороны храма не смывались дождем, не бледнели и не тускнели.
Описание деревянного Арконского храма свидетельствует об искусности мастеров. Храм был украшен резьбой и живописью. В святилище стоял идол Святовида, а в отдельном здании хранились казна и драгоценности.

Читайте так же:  Молитва чтобы выйти замуж за конкретного человека

Деревянный храм в Ретре славился изображениями богов и богинь, вырезанных на его внешних стенах; внутри храма стояли кумиры в шлемах и латах, а в мирное время там хранились знамена.

Главным религиозным языческим обрядом было жертвоприношение. Жертвы у славян делились на бескровные и кровавые . Бескровные жертвы приносились демонам, «родителям», берегиням. Так, жертвой домовому являлся сметаемый в угол сор (ритуальное значение этой жертвы закрепилось во фразеологизме «выносить сор из избы» как оберег к сохранению мира, лада в доме), спрятанные в щели дома остриженные волосы и ногти. Чтобы умилостивить банника, люди после мытья оставляли ему веник, мыло и воду. Дворовому, скотнику, овиннику и кутному богу, которые обитали в хлеву и заботились о скоте, запасах зерна и сена, оставляли в углу хлева немного хлеба и творога. Лешему на перекрестке дорог оставляли яйцо, чтобы он вернул заблудившуюся корову. В снопе оставляли так называемую «велесову бороду», чтобы урожай был хорошим.

Кровавые жертвы приносились Перуну, Святовиту, Триглаву, Яриле и другим богам. Жертвами могли быть как животные или птицы, так и люди. Арабский путешественник Ибн-Фадлан (X в.), описывая похороны знатного руса, рассказывает и о жертвах, приносимых во время похорон: куры, собаки, коровы, кони, девушка-наложница. В «Повести временных лет» под 983 г. рассказывается о принесении в жертву Перуну юноши-христианина, на которого пал жребий. Однако человеческие жертвы славянами приносились не очень часто. Более распространенными были жертвы домашних или диких животных, причем после жертвоприношения следовал пир, на котором принесенный богам дар съедался. Несъедобные части жертвенного животного (голова, кости, внутренности и прочее) после совершения над некоторыми из них гадания, если оно входило в обряд жертвоприношения, зарывали в землю, сжигали или топили в воде. В некоторых случаях их сохраняли как чудодейственный талисман. На этот обычай указывают соблюдаемые в некоторых местах обычаи зарывать кости пасхального барашка на ниве, чтобы предохранить посевы от града; или сберегать, а затем бросать их в огонь во время грозы, чтобы молния не ударила в избу и тому подобное.

___________________________
Примечания
1. Именно со значением «мастер своего дела» это слово сохранилось в нашем языке.
2. Бычков А.А. Энциклопедия языческих богов. Мифы древних славян. М., 2001. С.67.

Фаминцын А. Божества древних славян. II. ЖЕРТВЕННЫЕ ОБРЯДЫ Южных славян.

К описанным выше святилищам, в определённые дни года и при известных обстоятельствах как общественной, так и частной жизни, стекались толпы народа для совершения жертвоприношений и прочих богослужебных обрядов. Здесь, в таинственной чаще леса или под сенью величественного дуба, у источника, на берегу реки или озера, у пылающих костров или жертвенников, которыми служили холмы и скалы или насыпи городищ, или перед чудовищными, фантастически разукрашенными, нередко многоликими и многоголовыми истуканами, вооруженными копьями, мечами или палицами, или, наконец, в преддверии храмов, в которых стояли или восседали идолы, окруженные священными предметами (знаменами, щитами, копьями, рогами и пр.) и драгоценными сокровищами, — народ воздавал божествам своим хвалу и благодарение, испрашивал у них всяких благ, милости и вопрошал их, произнося молитвы, совершая жертвоприношения и гадания, исполняя религиозные, обрядные песни и пляски, предаваясь шумным игрищам, пирам и попойкам.

Общественное богослужение совершалось в известные праздничные, то есть самые знаменательные в пастушеской и земледельческой жизни народа дни, в честь того или другого божества, покровителя стад и полей, плодородия, представителя той или другой стихийной силы; кроме того, в известных, выходящих из ряду случаях народной жизни, например, перед выступлением в поход, или по возвращении из похода, при появлении в стране тяжких болезней или иных невзгод (падежа скота, засухи и т. п.), — с целью отстранения этих невзгод. Согласно данным обстоятельствам прославляли богов, молили их о даровании плодородия, урожая, счастья и богатства, молили о пощаде или защите против врагов, недугов и других бед, вопрошали о будущем, прося советов и указаний в сомнительных случаях. Ещё гораздо разнообразнее в мелочных своих подробностях были, разумеется, частные молитвы отдельных лиц.

Подлинных текстов молитв древних славян мы почти не имеем, но летописцы нередко упоминают, хотя и в общих словах, о предметах молитв. Ибн-Даста, арабский писатель, восточный учёный-энциклопедист 1-й половины X века, сообщает текст молитвы славян, не обозначая, однако, о каком именно из славянских народов идёт речь. «Все они (славяне) идолопоклонники, — пишет он. — Более всего сеют они просо. Во время жатвы берут они просяные зёрна в ковше, поднимают их к небу и говорят: «Господи, ты, который снабжаешь нас пищей (до сих пор), снабди и теперь нас ею в изобилии!» (Гаркави. Сказ. мусульм. 265)

К древнейшим же молитвенным текстам, дошедшим до нас, принадлежат слова русского купца, обращенные к большому и малым истуканам на берегу Волги, записанные другим арабским путешественником и писателем 1-й половины X века, Ибн-Фадланом.

О южных славянах свидетельствует Прокопий: при приближении смерти, в болезни или на войне, они давали обет владыке мира, единому богу, — это следует, разумеется, понимать так, что они просили бога о защите и покровительстве от врага, смерти или болезни — а по избежании опасности приносили богу благодарственную жертву, несомненно, сопровождавшуюся благодарственными молитвами. В молитвах же, без сомнения, выражалось и почитание, нимфам, рекам и другим духам.

Более определенные сведения встречаем в исторических памятниках, касающихся западных славян. Чехи, по словам Козьмы Пражского, возносили к «самодельным истуканам» своим молитвы о благосостоянии своём и домов своих. (Chron. Bohem. 10). В Краледворской рукописи читаем о возглашении к богам, о провозглашении славы богам. «На вершине скалы сотвори обет (то есть жертву) богам-спасам, — восклицает Честмир, — за победу совершившуюся, за победу грядущую». ( Cestmir. Zaboj). Благодарственые и умилостивительные жертвоприношения, несомненно, должны были сопровождаться соответствующими молитвами.

Поляки, по свидетельству Длугоша, молили Иессу о даровании им всяких земных благ. Ляду молились о победе над врагами и мужестве, Дзидзилию — о даровании обильного потомства, Нию — о водворении душ умерших в лучших жилищах, а по словам Прокоша, поляки в первые дни мая ходили к храму Живы, прося её о долголетнем и благополучном здравии. (Dlugosz. Hist. Pol. I, 74—Procosz. Chron. Slav. 112—113).

Читайте так же:  Молитвы приворот снять

Несколько полнее сведения наши о молитвах славян балтийских: «Бди, Генниль, бди!» — возглашали сельские жители к богу-покровителю пастухов, в убеждении, что такая молитва предохранит их от всякой невзгоды. Жрец Арконского храма, при отправлении, в честь Святовита, праздника жатвы, просил чествуемого бога о даровании «себе и отечеству счастья, гражданам приращения имущества и п о б е д», а перед тем как вывести священного коня Святовита для гадания, он совершал торжественную молитву. (Saxo. His. Dan. 824, 826).

Лютичи, по свидетельству Титмара, «выступая в поход, преклонялись перед идолами, а по счастливом окончании войны приносили им дары». (Thietmar. Chron. VI, 18). Преклоняясь перед идолами, они, конечно, просили заступничества богов в предстоящей войне, а принося затем дары, сопровождая это действие благодарственными молитвами и славословием. О почитании и прославлении богов славянами, о предпочтительном обхождении руян с богами и воздаваянии им почестей не раз говорят Титмар, Адам Бременский, Гельмольд; о требовании Яровитом почитания свидетельствует речь жреца его, обращенная от имени этого бога к встречному им поселянину: «Всё я даю чтущим меня», — говорил жрец. Услышав слова жреца, поселянин упал ниц и молился распростертый на земле. (Thietmar. Chron. VI, 17.—Adam Brem).

Жрецы Ретрского храма производили гадание жеребьями «с тайным трепетом и ш е п о т о м», а священного коня водили через острия воткнутых в землю копий «со смиренными молитвами». (Thielmar. Chron. VI, 17.) Таинственный шепот и смиренные молитвы жрецов в данном случае, несомненно, заключали в себе просьбы к богам, от которых ожидали указаний и ответа по предмету гадания.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

На пирах славяне, по словам Гельмольда, «пили круговую чашу, причём произносили во имя богов доброго и злого слова не благословления, а проклятия». (Chron. I, 52.) Под этими словами следует разуметь какие-либо заклинания, которые также должны быть причислены к ряду молитв, тем более, что, по свидетельству летописца, они произносились во имя доброго или злого бога.

О восточных славянах имеем сведения, касающиеся жертвоприношений, которые, без сомнения, совершались с соответствующими молитвенными изречениями. Так, например, Владимир, после битвы с ятвягами, по свидетельству Нестора, «твори потребу кумиром с людьми своими». По поставлении Владимира идолов в Киев, «жряху им, наричтоще я богы».

Так и в Новгороде, после того, как Добрыня поставил кумира, «жряху ему людье Ноугородстии аки Богу». Именем Бога и Перуна, или Перуна и Волоса, произносились клятвы при заключении договоров. (П. С. Р. Л. I, 22—23, 31, 34.)

Кроме того, в приведенных выше отрывках из церковных поучений, восстававших против остатков язычества в народе, неоднократно говорится о молитвах, которые обращались к древним языческим божествам стихийным и личным, хотя и без обозначения специального их содержания, например, «молятсь огневе под овином, и Вилам, и Мокоши и т. д.», «молятсь ему поганому богу Перуну, и Хорсу, и т. д. ». «? а в е м ь м е в ь т в о ? я т ь», «в Сварожитца верують и в Артемиду, им же невеглаши молятся», «к кладезям приходяще молятсь» и т. п.; упоминается также о питии «в розех» в честь богов, питие же из рогов или чаш в честь божества, несомненно, сопровождалось молитвенными изречениями (заклинаниями) или славословием. Предоставляя себе впоследствии подробнее рассмотреть вопрос о молитвах языческих славян, перехожу к главнейшему акту языческого служения божествам — жертвоприношениям, нередко связанным с гаданиями.

Самые скудные и лишь отрывочные сведения о жертвенных обрядах и гаданиях мы имеем относительно южных славян.

Италийские венеты, по словам Страбона, приносили в жертву богу, которого автор называет греческим именем Диомеда, белого коня. (Strabo. V, 215.). Феопомп в IV веке до Р. X. рассказывает, что венеты, трижды перепахав поле и приступая к посеву, клали на землю какие-то пироги и лепешки из муки, старательно смешанной. Эти лепешки и пироги были, как уверял Феопомп, приношение галкам, чтобы их умилостивить—не выклевывать из земли посеянных зерен. Венеты наблюдали и загадывали: если оказывалось, что галки вкушали их дара, то они считали это предвестием мирного года; в противном случае ожидали неприятельского нашествия. (Гильфердинг. Древ. пер. ист. слав. П, 187.).

Из слов Прокопия узнаем, что южные славяне предлагали в жертву верховному богу, творцу молнии, быков и других животных. Приносили жертвы и другим, второстепенным божествам и при этих жертвоприношениях гадали, вероятно, по крови или внутренностям жертвенного животного. Жертвоприношения в некоторых случаях, как можно с достоверностью заключить из слов Прокопия, приносились в благодарность за избавление от опасности и смерти. (Штритер. Изв. Виз. ист. I, 14.).

Особенно замечательны обряды, соблюдаемые в день святого Георгия. «На Гергёв день (то есть Юрьев день) колят жертву», — говорит Каравелов о болгарах и описывает обряд этого торжества. Рассказ автора невольно переносит нас в воображении в самую глубь языческой эпохи славянства — так много описываемый обряд сохранил чисто языческих черт: приносят в жертву белого ягнёнка, связывают ему ноги, завязывают глаза, на его рожках зажигают свечку; домохозяин читает тропарь святому Георгию и другие молитвы и начинает резать ягнёнка. «Поднимет нож кверху и скажет: «Св. Гёрги, на ти егне!» — а вокруг ходят старухи, кадят ладаном и мажут медом рот барашка. Под голову барашка подставлена чашка, куда стекает кровь; кровь эта употребляется на лечение людей и животных».

Еще подробнее описан автором тот же обряд у болгар Пиротского округа, которому он был свидетелем в 1856 году: «Выносят барашков из каждого дома на чистое поле, завязывают им ноги и глаза платками, головки убирают венками и ставят их в кружок. Вокруг барашков девушки и парни пляшут и поют и, поплясав, становятся в кружок около барашков. Старцы начинают их колоть; кровь течёт по траве, девушки собирают и кровь, и траву, а старухи разводят огонь и сжигают веревки и платки, которыми были связаны барашки. Старцы уносят барашков домой и жарят на вертеле, а потом вместе с вертелом выносят их на гору святого Георгия, а старухи несут боговицу (хлеб), девушки же лук, чеснок, кислое молоко, и, собравшись на горе, дожидаются попа. Поп, прочтя молитвы, берёт с каждого хозяина по четверти барашка, четверть боговицы, немного луку и кислого молока, и потом уже позволяет есть все эти вещи». После обеда девушки поют песни и качаются на качелях. (Пам. болг. I, 211—212.—Ср. также Ефименко. О Яриле, 102 и ел.).

Читайте так же:  Молитвы на ночь сильные

Стоит только заменить имя святого Георгия именем языческого божества, и из описанной картины исчезнет и последний намёк на какое-либо соотношение данного обряда с христианским мировоззрением. Весь обряд жертвоприношения ягнёнка сохранил вполне языческий характер и даёт наглядное представление о древних языческих жертвоприношениях южных славян. Жертву закалывают, творя молитву, старцы (старшие в роде), при обрядных песнях и плясках молодежи. Жертвенная кровь, которой приписывается чудодейственная, целительная сила, собирается или прямо в чашу, или с орошенной ею травы, атрибуты жертвенных животных сжигаются старухами. Божеству, в лице «попа», уделяется добрая часть приношений, остальное же съедается жертвователями — жертвенное пиршество, с которым связаны песни и увеселения собравшейся толпы.

Сложная тема человеческих жертвоприношений, в родноверии поднимается редко. Тут нужно учитывать 2 момента. Во-первых, часть родноверов отрицает вообще возможность хоть каких-либо кровавых треб. Во-вторых, те, кто понимает, что кровавые требы были, просто не говорит об этом в слух. Но этот сложный вопрос придётся осветить. До нас это уже сделано многими авторами. Поэтому не ставим себе в задачу дать хронологию, или заявить о проблеме. Встала необходимость поговорить о типологии жертвоприношений. Существует 2 вида жертвоприношений, условно мы их поделим на человеческие жертвоприношения и жертвоприношение животных, растений, пищи и т.п. Не человеческие жертвоприношения (требы) были повсеместны у язычников. Задабривали богов во время торговли, праздников, просьб и т.п. Если говорить о человеческих жертвоприношениях, можно выделить 3 типа жертвоприношений. Добровольное, жертвоприношение христианина, вынужденное жертвоприношение язычников во время кризисных ситуаций. Человеческая жертва самая сильная, поэтому менее распространённая.

Человеческие жертвоприношения можно разделить и по типу. Сожжения (кремации) удостаивались только язычники, христиан могли закалывать или разрубать на части. Это связано с представлениями предков о загробном мире. Пленные и христиане, как иноверцы, не могли удостоиться такого вида жертвоприношения.

Так же хотелось бы задаться вопросом. Является ли жертвоприношением добровольное умерщвление жены умершего славянина? По ходу работы попытаемся разобраться в этих вопросах.

Человеческие жертвоприношения известны многим народом. Славяне не исключение в этом вопросе. Источников, которые описывают человеческое жертвоприношение у славян очень много.

Как отмечает Седов В.В. «Древние авторы (Маврикий, Иоанн Эфесский) неоднократно упоминают о многочисленных стадах, находившихся во владениях славян. Н славянских поселениях найдены небольшие глиняные фигурки животных, очевидно связанные с ритуалом жертвоприношения, подчеркивающие значение домашних животных в жизни и быте славян».
Экономическая основа жизни славянства – земледелие – наложила значительный отпечаток на языческие верования. Согласно языческому календарю, большинство обрядовых празднеств отражало определенный цикл сельскохозяйственных работ. Сельскохозяйственные продукты были основными языческими жертвоприношениями»

На наш взгляд, приписка этих похоронных обрядов к жертвоприношениям крайне условно. В мировоззрении славян язычников загробный мир значительно лучше явного. Поэтому славяне и умирали в бою не отступая и на костёр за мужем всходили. Это было заложено в ментальности. Да, если смотреть на это с сегодняшней мировоззренческой позиции, то это действие имеет, безусловно, жертвенную окраску. Но, предки рассматривали это как уход за супругом в лучшую жизнь, и это не рассматривалась как жертва. Более уместным будет отнести это к похоронной традиции, и собственно, вынести за скобки в данной проблеме. В подтверждение наших слов приведём цитату из труда Псевдо-Маврикия: «Жены же их целомудренны сверх всякой человеческой природы, так что многие из них кончину своих мужей почитают собственной смертью и добровольно удушают себя, не считая жизнью существование во вдовстве».

Немецкие хронисты и в частности, Титмар Мерзебургский говорит, что у славян «страшный гнев богов умилостивляется кровью людей и животных». Если у Фадлана описан обычай приносить овец и прочий скот в жертву богам для улучшения торговли, то Титмар говорит что гнев богов «умилостивляется кровью людей». Вот только остаётся непонятным, кровь тоже использовалась как треба. Было ли в обряде именно умерщвление, или просто описывалась клятва кровью, по источнику не понятно.

Первые реальные упоминания о человеческих жертвоприношениях, которые не поддаются опровержению встречаются у Гельмольда в «Славянской хронике».

По Гельмольду, славяне «приносят богам своим жертвы волами, и овцами, а многие и людьми-христианами, кровь которых, как уверяют они, доставляет особенное наслаждение их богам». Свянтовиту ежегодно приносят в жертву «человека-христианина, какого укажет жребий» Особенно увеличивалось число христиан, принесенных в жертву, при восстаниях славян, например, когда в 1066 г. ободриты принесли в жертву епископа Иоанна и многих священников: «Епископу Иоанну, старцу, схваченному с другими христианами в Магнополе, то есть в Микилинбурге, жизнь, была сохранена для торжества [язычников]. За свою приверженность [77] Христу он был [сначала] избит палками, потом его водили на поругание по всем славянским городам, а когда невозможно было заставить его отречься от имени Христова, варвары отрубили ему руки и ноги, тело выбросили на дорогу, голову же отсекли и, воткнув на копье, принесли ее в жертву богу своему Редегасту в знак победы. Все это происходило в столице славян, Ретре, в четвертые иды ноября».

Повесть временных лет описывает как после похода князя Владимира на ятвягов в 983 г.: старцы и бояре выбирали по жребию отрока или девицу «на него же падеть, того зарежем богом», и жребий пал на сына варяга-христианина: «Приводяху сына и дщери своя, и заколоху пред ними, и бе вся земля осквернена». Отец отказался и пролилась кровь. Это были первые мученики православной веры.

По мнению некоторых родноверов. Жертвоприношение христианина нельзя рассматривать как собственно жертвоприношение, так как шла идеологическая война между язычниками и христианами. То что противостояние было, говорят многие летописи. Не будем вдаваться в частности. Но рассматривать христиан – славян как способ умилостивить богов, как не жертвоприношение, мы не можем. Но согласимся, что причиной таких жребиев было безусловное противоборство вероисповеданий. Но тут существовала градация: Растения, посевные культуры, животные, христиане и рабы, язычники – воры, полноправные члены языческой общины.

Читайте так же:  Молитвы о сыне алкоголике

Отношение к военнопленным было двоякое. Многие отмечают, что славяне уводят пленных в свои земли, заставляли их отработать плен и давали выбор остаться с ними или уйти на родину. Но свидетельства Льва Диакона, говорят и о наличии другого обряда: «воины князя Святослава после битвы собрали своих мертвецов и сожгли их, заколов при этом по обычаю предков множество пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили нескольких младенцев и петухов, топя их в водах Истра». В этом описании есть интересные моменты. Так, единоверцев сжигают, а жертвоприношение осуществляется путём утопления. Вода у славян издревле считалась путём на «Тот свет». Поэтому заложных покойников топили в болотах. Хотя этот рудимент по Афанасьеву отслеживается умерщвлении колдуньи «в XIX в. в Белоруссии во время засухи топили старуху» Такая смерть считалась насильственной, дурной. Таким образом, Святослав совершил ритуальную казнь. Хотя это несколько не отбеливает его действие. Описывая предательство мусульман Ибн Мискавейх отмечает: «Русы пустили в ход мечи свои и убили много людей, не сосчитать числа их» В данном же примере не отмечается элемент ритуальности.

В повести временных лет есть свидетельства и человеческих жертвоприношениях, которые можно охарактеризовать как ритуальное умерщвления. В Суздале во время голода в 1024 г. по инициативе волхвов «избиваху старую чадь по дьяволю на-оученъю и бесованию, глаголще тако си держать гобино», в 1071 г. также при голоде в Ростовской земле волхвы заявили: «ве свеве, кто обилье держить», «ту же нарицаху лучьшие жены глаголаща, тако си жито держить…», «и привожаху к нима сестры своя, матере и жены своя… и оубивашета многы жены».

Данные действия нельзя интерпретировать по другому как жертвоприношение. Цель жертвоприношения умилостивить богов и послать урожай. Велецкая Н.Н. считает, что таким способом волхвы «отправляли своих представителей на тот свет для предотвращения неурожая».

Существовали другие причины для жертвоприношений в «Слове о маловерии» Серапиона (XIII в.) говорится, что его современники сжигали огнем неповинных людей при бедственных событиях жизни — неурожае, бездождии, холоде. Правда, нужно полагать, что сжигали уже не язычники…

По мнению многих учёных (Афанасьев, Топоров) отголоски древнего обычая человеческих жертвоприношений у восточных и южных славян сохранялись почти до современности. Они прослеживаются в деградированном и трансформированном виде, когда вместо человека на тот свет отправляли чучело или куклу, устраивали инсценировку такой жертвы во время праздника (похороны Костромы, Ярилы, Морены, проводы Масленицы).

Подтверждает человеческие жертвоприношения археология. Особенно много ритуальных ям, колодцев и т.п. находят в капищах возле Звенигорода.

Так, в сооружении 3, расположенном на дороге, ведущей на священную гору, лежал скорченный скелет подростка и кругом него в один слой уложены разрубленные на части туши коров, их наиболее мясные и съедобные части (позвонки с ребрами, бедренные кости) и четыре коровьи челюсти. Среди костей в земляной пол был воткнут наконечник стрелы. Это сооружение принадлежит к типу жертвенных ям, широко известных в славянских землях. В нем нет признаков жилых или хозяйственных помещений, что указывает на жертвоприношение, а не на обряд похорон.

Второй скорченный скелет на городище Звенигород найден в колодце, расположенном на террасе в южной части святилища. Скелет принадлежал мужчине лет 30-35, череп которого на темени пробит острым орудием. Рядом со скелетом лежал топор, оковка деревянной лопаты и обломки посуды XII в. Возможно, что около убитого положены орудия, при помощи которых было совершено жертвоприношение.

Но, есть мнения, что кости и некоторые трупы нельзя дифференцировать как жертвоприношения ввиду слабых контекстуальных привязок. Так кости и части тела могли быть принесены на капище из походов. И волхв отправлял в мир иной то, что осталось от воина. Так же тела могу быть похоронены на капище в честь уважения. Существовало несколько похоронных обычаем Это и захоронение в позе эмбриона, и трупосожжении, и трупосожжении с закапывание в землю и трупоположения. Несколько видов могли перекликаться в одну эпоху, поэтому то что считается насильственной смертью, может быть и обряд похорон. Но, всё это нам не даёт право исключить жертвоприношения у славян. Оно было, но уже с 6 века это было не повсеместно, а к 10 веку это уже было ближе к изуверству, рудиментально это закрепилось вплоть до 19 века.

В Звенигороде находили и трупы детей и младенцев, отдельные части тела и многое другое, что позволяет однозначно утверждать, что человеческие жертвоприношения у славян имели место быть. Так же много костей найдено возле Храмы Аркона. В местах человеческих жертвоприношений очень часто находили крестики, а в Звенигороде было найдено даже кадило. Это позволят говорить о том, что скорее всего, в жертву всё же приносили христиан.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Вопросы, касательно жертвоприношений у славян далеко не все изучены. И есть множество их интерпретаций. Но далеко не все типы и виды жертвоприношений, были насильственными. Ритуалы жертвоприношений всё же бытовали и у западных и у южных и у восточных славян. Н это совершенно не говорит о их чрезмерной жестокости или новизне обрядов. Жертвоприношения известны практически у всех индоевропейцев. Жертвоприношения были нормой для языческого мира. Но по оставшимся свидетельствам можно говорить, что они не были распространены повсеместно.

Святилища язычников где Богам приносились жертвы и читались молитвы
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here