Учение о молитве Иисусовой Святителя игнатия брянчанинова

Подробное и точное описание: Учение о молитве Иисусовой Святителя игнатия брянчанинова - святые тексты собранные из всех уголков мира на одном сайте.

о « молитве Иисусовой »

«Если кто не прекословит помыслам, тайно всеваемым в нас врагом,
но молитвою к Богу отсекает беседу с ними,
то это служит признаком, что ум его обрёл по благодати премудрость…»

(Преп. Исаак Сирин. Сл. 30)

Почему мытарь не избрал для излияния сердца своего перед Богом какого-либо величественного и умилительного псалма, но обратился к столь краткой молитве и повторял её одну во время всего Богослужения? Отвечаем, заимствуя ответ у святых Отцов [ Святой Тихон Воронежский. Т. 14, письмо 4 ]:

«Когда прозябнет в душе истинное покаяние, когда явится в ней смирение и сокрушение духа по причине открывшейся очам её греховности, тогда многословие делается для неё несвойственным, невозможным. Сосредоточась в себя, устремив всё внимание на бедственное положение своё, она начинает вопиять к Богу какой-либо кратчайшею молитвою» .

Обширно зрелище греховности, когда оно подаётся человеку Богом: неизобразимо оно красноречием и многословием; точнее изображает его воздыхание и стенание души, облекаясь в кратчайшие и простейшие слова. Тот, кто желает раскрыть в себе глубокое чувство покаяния, употребляет в орудие к достижению такого состояния краткую молитву, произнося её со всевозможным вниманием и благоговением. Оставление многих слов, хотя и святых, способствует уму вполне освободиться от развлечения и всею силою своею устремиться к самовоззрению.

«В молитве твоей не позволяй себе многословить, — сказал святой Иоанн Лествичник , — чтоб ум твой не уклонился к рассматриванию слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно верное изречение спасло разбойника. Многословие в молитве часто приводит ум в рассеянность и мечтательность, а малословие обычно собирает его» (Лествица. Слово 28) [ Аскет. проповедь — Поучение 2-е в Неделю мытаря и фарисея. О молитве и покаянии ].

Основанием для упражнения молитвою Иисусовою служит поведение благоразумное и осторожное. Во–первых, должно устранить от себя изнеженность и наслаждения плотские во всех видах. Должно довольствоваться пищею и сном, постоянно умеренными… Одежда, жилище и все вообще вещественные принадлежности должны быть скромные… Святые Апостолы и истинные ученики их не приносили никаких жертв тщеславию и суетности, по обычаям мира… [ 1. 194. 2006 ].

Особенное попечение, попечение самое тщательное должно быть принято о благоустроении нравственности сообразно учению Евангелия. Опыт не заме́длит открыть уму молящегося теснейшую связь между заповедями Евангелия и молитвою Иисусовою. Эти заповеди служат для этой молитвы тем, чем служит елей для горящего светильника; без елея светильник… гаснет, разливая вокруг себя дым зловонный [ 1. 208. 2006 ].

При особенном действии рассеянности, печали, уныния, лености очень полезно совершать молитву Иисусову гласно… при усиленном нашествии помыслов и мечтаний плотского вожделения и гнева, когда от действия их разгорячится и закипит кровь [ 1. 243. 2006 ].

Пишете, что при начале упражнения в Иисусовой молитве бороли Вас только уныние и его порождения: отчаяние, недоумение, сон и прочее. Это хороший признак:

«пользу молитвы, — сказал святой Иоанн Лествичник , — можно заметить из бесовских препятствий, возникающих во время собрания» , т. е. молитвеннаго.

Вы, конечно, помните, что я Вам завещал внимать умом языку, тихо произносящему молитву, отнюдь не позволяя себе самочинно вдаваться в художество, описанное в «Добротолюбии», и превосходно сокращённое святым Нилом Сорским в следующие слова:

«во время Иисусовой молитвы тихо дыши, а не сильно: это способствует к собранию ума, что скажет самый опыт» [ Письмо 117 ].

Отец Небесный Сам подаёт всё нужное для временной жизни тому, кто ищет Царства Небесного, почему преподобные Отцы наши, оставив все прошения о земном, молились только об одном — об очищении от грехов. А как Господь, преподавая после Тайной Вечери ученикам Своим высочайшие заповеди, повелел призывать в молитвах Своё всесвятое Имя, то святые Отцы присовокупили прошение об отпущении грехов к имени Господа, и их молитвы были краткие, но Небо отверзающие слова:

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного».

Эта молитва делалась их непрестанным, почти единственным мысленным занятием.

«Имя Иисусово , — сказал один из них, — да соединится с дыханием твоим» .

Сам Апостол Павел говорит о себе:

«Я разсудил ничего не знать в вас, кроме Иисуса Христа, и притом распятого» .

Но чтоб вселился в нас Христос, это дело не одного дня или двух, сказал святый Иоанн Златоустый, но многих лет и годов. Притом, желающий стяжать Христа должен отречься от всего: нельзя работать мiру и вместе Богу [ Письмо 268 ].

Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовою молитвою всегда или почти всегда последует прелесть, и очень запрещают заниматься этою молитвою… В усвоении себе такой мысли и в таком запрещении заключается страшное богохульство, заключается достойная сожаления прелесть. Господь наш Иисус Христос есть единственный источник нашего спасения, единственное средство нашего спасения; человеческое имя Его заимствовало от Божества Его неограниченную, всесвятую силу спасать нас; как же эта сила, действующая во спасение, эта единственная сила, дарующая спасение, может извратиться и действовать в погибель? [ 1. 200. 2006 ].

Какое имеет значение во всех этих молитвах глагол помилуй или милостив будь ? Это — сознание человеком погибели его; это — ощущение той милости, того сожаления к себе, которые Господь заповедал нам ощущать к себе, и которые ощущаются очень немногими; это — отвержение собственного достоинства; это — прошение милости Божьей, без которой нет надежды спастись погибшему. Милость Божья есть не что иное, как благодать Всесвятого Духа [ Аскет. проповедь — Поучение 2-е в Неделю мытаря и фарисея. О молитве и покаянии ].

В упражнении молитвою Иисусовою есть свое начало, своя постепенность, свой конец бесконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца [ 1. 207. 2006 ].

Начинают с середины те новоначальные, которые, прочитав в Отеческих писаниях наставление для упражнения в молитве Иисусовой, данное Отцами безмолвникам, то есть монахам, уже весьма преуспевшим в монашеском подвиге, необдуманно принимают это наставление в руководство своей деятельности. Начинают с середины те, которые без всякого предварительного приготовления усиливаются взойти умом в сердечный храм и оттуда воссылать молитву. С конца начинают те, которые ищут немедленно раскрыть в себе благодатную сладость молитвы и прочие благодатные действия её. Должно начинать с начала, то есть совершать молитву со вниманием и благоговением, с целью покаяния, заботясь единственно о том, чтобы эти три качества постоянно соприсутствовали молитве [ 1. 208. 2006 ].

Упражнение молитвой Иисусовой имеет два главнейших подразделения или периода, оканчивающиеся чистой молитвой. В первом периоде предоставляется молящемуся молиться при одном собственном усилии; благодать Божья несомненно содействует молящемуся благонамеренно, но она не обнаруживает своего присутствия. В это время страсти, сокровенные в сердце, приходят в движение и возводят делателя молитвы к мученическому подвигу, в котором побеждения и победы непрестанно сменяют друг друга, в котором свободное произволение человека и немощь его выражаются с ясностью.

Читайте так же:  Молитва чтоб стоял

Во втором периоде благодать Божья являет ощутительно своё присутствие и действие, соединяя ум с сердцем, доставляя возможность молиться непарительно или, что то же, без развлечения, с сердечным плачем и теплотой; при этом греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом. Чтобы достичь второго состояния, необходимо пройти сквозь первое, необходимо выказать и доказать основательность своего произволения и принести плод в терпении (Лк. 8. 15). Душой и целью молитвы в том и другом состоянии должно быть покаяние.

К преуспеянию в молитве покаяния должны стремиться все христиане. Напротив того, они ( святые отцы. — А.О. ) строго воспрещают преждевременное усилие взойти умом в святилище сердца для благодатной молитвы, когда эта молитва ещё не дана Богом.

Между сочувствием сердца уму и соединением ума с сердцем или схождением ума в сердце — величайшее различие.

Для новоначального искание места сердечного, то есть искание открыть в себе безвременно и преждевременно явственное действие благодати, есть начинание самое ошибочное, извращающее порядок, систему науки ( умного делания. — А.О. ) Такое начинание — начинание гордостное, безумное!.

Каждый поступок против смирения есть наветник и губитель молитвы.

Господь даёт чистую молитву тому, кто молится безленостно, много и постоянно своей оскверняемой развлечением молитвой (Лествица, Сл. 28, §21).

Не произноси молитв спешно, одну немедленно за другой, делай после каждой молитвы краткий отдых и тем способствуй уму сосре­доточиваться. Безостановочное произнесение молитв рассеивает ум. Переводи дыхание с осторожностью; дыши тихо и медленно: этот ме­ханизм охраняет от рассеянности. [ Предисловие к изданию полного собрания творений святителя Игнатия (Брянчанинова). 2013 г. ]

… Силой имени Иисусова освобождается ум от колебания, укрепляется воля, доставляется правильность ревности и прочим свойствам душевным; мыслям и чувствованиям богоугодным, мыслям и чувствованиям, принадлежащим непорочному естеству человеческому… Во имя Господа Иисуса даруется оживление душе, умерщвлённой грехом. Господь Иисус Христос — жизнь (Ин. 11, 25), и имя Его — живое: оно оживотворяет вопиющих им к Источнику жизни, Господу Иисусу Христу.

«Ради имени Твоего, Господи, оживи меня; ради правды Твоей выведи из напасти душу мою» (Пс. 142, 11) ; не отступим от Тебе: «и мы не отступим от Тебя; оживи нас, и мы будем призывать имя Твоё» (Пс. 79, 19) [ 2. 246. 1993 ].

Когда семьдесят меньших апостолов, посланные Господом на проповедь, возвратились к Нему по совершении возложенного на них служения, то с радостью возвестили Господу: «Господи, и беси повинуются нам о имени Твоем» (Лк. 10, 17) … Власть, данная Господом семидесяти ученикам Его, дана всем христианам (Мк. 16, 17) . Пользуйся ею, христианин! Посекай именем Иисусовым головы, то есть начальные проявления греха в помыслах, мечтаниях и ощущениях; уничтожь в себе владычество над тобой дьявола; уничтожь все влияние его на тебя; стяжи духовную свободу. Основание для подвига твоего — благодать святого Крещения; оружие — моление именем Иисуса [ 2. 250. 1993 ].

Святитель Игнатий Брянчанинов

Беседа старца с учеником (старцем называется в монастырях инок, руководствующий и наставляющий других иноков).

Ученик. Можно ли всем братиям в монастыре заниматься молитвою Иисусовою?

Старец. Не только можно, но и должно. При пострижении в монашество, когда новопостриженному вручаются четки, называемые при этом мечем духовным, завещается ему непрестанное, деннонощное моление молитвою Иисусовою (Предисловие схимонаха Василия Поляномерульскаго на главы блаженнаго Филофея Синайскаго. Житие и писания Молдавскаго старца, Паисия Величковскаго, изд. Оптиной пустыни. Москва 1847 г). Следовательно упражнение в молитве Иисусовой есть обет монаха. Исполнение обета есть обязанность, от которой нет возможности отречься.

Ученик. Суждение старца Серафима представляется мне слишком строгим.

Святый Варсонофий Великий говорит: «если внутреннее делание с Богом, то есть, осененное Божественною благодатию, не поможет человеку: то тщетно подвизается он наружным, то есть, телесным подвигом» (ответ 210). Святый Исаак Сирский: «не имеющий душевнаго делания, лишен духовных дарований» (Слово 56). В другом слове этот великий наставник христианскаго подвижичества уподобляет телесные подвиги, без подвига об очищении ума, ложеснам безплодным и сосцам изсохшим: «они, — сказал Святый, — не могут приближиться к разуму Божию» (слово 58).

Такому учению святых Отцов служит основанием, как зданию краеугольный камень, учение Самаго Господа. Истиннии поклонницы, — возвестил Господь, — поклоняются Отцу Духом и Истиною: ибо Отец таковых ищет поклоняющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, Духом и Истиною достоит кланятися (Иоан. 4;1,23,24).

Помню: современные молодости моей некоторые благочестивые миряне, даже из дворян, проводившие очень простую жизнь, занимались Иисусовою молитвою. Этот драгоценный обычай, ныне, при общем ослаблении христианства и монашества, почти утратился. Моление именем Господа Иисуса Христа требует трезвенной, строго нравственной жизни, жизни странника, требует оставления пристрастий, а нам сделались нужными разсеянность, обширное знакомство, удовлетворение нашим многочисленным прихотям, благодетели и благодетельницы. Иисус уклонися, народу сущу на месте (Иоан.5,13).

Ученик. Последствием сказаннаго не будет ли заключение, что без упражнения молитвою Иисусовою не получается спасение?

Ученик. Направление современнаго монашества, при котором упражнение молитвою Иисусовою встречается очень редко, может ли послужить для меня извинением и оправданием, если я не буду заниматься ею?

Старец. Долг остается долгом, и обязанность обязанностию, хотя бы число неисполняющих еще более умножилось. Обет произносится всеми. Ни множество нарушителей обета, ни обычай нарушения, не дают законности нарушению. Мало то стадо, которому Отец Небесный благоволил царство (Лук. 12,32). Всегда тесный путь имеет мало путешественников, а широкий много (Матф. 7,13-14). В последния времена тесный путь оставится почти всеми, почти все пойдут по широкому. Из этого не следует, что широкий потеряет свойство вводить в пагубу, что тесный сделается излишним, ненужным для спасения. Желающий спастись непременно должен держаться теснаго пути, положительно завещаннаго Спасителем.

Ученик. Почему называешь ты тесным путем упражнение молитвою Иисусовою?

Старец. Как же не тесный путь? Тесный путь, в точном смысле слова! Желающий заняться успешно молитвою Иисусовою должен оградить себя, и извне, и внутри поведением самым благоразумным, самым осторожным: падшее естество наше готово ежечасно изменить нам, предать нас; падшие духи с особенным неистовством и коварством наветуют упражнение молитвою Иисусовою. Нередко из ничтожной, повидимому, неосторожности, из небрежности и самонадеянности непримеченных, возникает важное последствие, имеющее влияние на жизнь, на вечную участь подвижника, — и аще не Господь помогл бы ми, вмале вселилася бы во ад душа моя. Подвижеся нога моя: милость Твоя, Господи, помогаше ми (Пс. 93,17-18).

Путь истинной молитвы соделывается несравненно теснее, когда подвижник вступит на него деятельностию внутренняго человека. Когда же он вступит в эти теснины, и ощутит правильность, спасительность, необходимость такого положения; когда труд во внутренней клети соделается вожделенным для него: тогда соделается вожделенною и теснота по наружному жительству, как служащая обителию и хранилищем внутренней деятельности. Вступивший умом в подвиг молитвы, должен отречься и постоянно отрекаться как от всех помыслов и ощущений падшаго естества, так и от всех помыслов и ощущений, приносимых падшими духами, сколько бы ни были благовидными те и другие помыслы и ощущения: он должен идти постоянно тесным путем внимательнейшей молитвы, не уклоняясь ни налево, ни направо. Уклонением налево называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами суетными и греховными; уклонением направо называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами, повидимому благими.

Читайте так же:  Молитва пансофия Афонского от нечистой силы

О, как справедливо называют Отцы упражнение молитвою Иисусовою и тесным путем, и самоотвержением, и отречением от мира! (Преп. Нил Синайский, о молитве, гл.17,18,142. Добр.,ч.2). Эти достоинства принадлежат всякой внимательной и благоговейной молитве, по преимуществу же молитве Иисусовой, чуждой того разнообразия в форме и того многомыслия, которыя составляют принадлежность псалмопения и прочих молитвословий (Лествица, слово 28, гл.10).

Старец. Она состоит из следующих слов: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго. — Некоторые Отцы (Преп. авва Дорофей, житие преп. Досифея, преп. Григорий Синаит, Добр., ч.5) разделяют молитву, для новоначальных, на две половины, и повелевают с утра, примерно, до обеда говорить: Господи, Иисусе Христе, помилуй мя,- а после обеда: Сыне Божий, помилуй мя. Это — древнее предание. Но лучше приучиться, если то можно, к произношению цель- ной молитвы. Разделение допущено по снисхождению к немощи немощных и новоначальных.

Ученик. Помянуто ли о Иисусовой молитве в Священном Писании?

Ученик. Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовою молитвою всегда, или почти всегда последует прелесть, и очень запрещают заниматься этой молитвою.

Ученик. Но старцы, которых мнение приведено мною, пользуются особенною известностию, признаются многими за опытнейших наставников в духовной жизни.

Старец. Апостол заповедал — правильнее — заповедал устами Апостола Святый Дух отвергать всякое учение, не согласное с учением, которое благовествовали Апостолы, отвергать и тогда, когда бы Ангел с Небесе благовестил это несогласное учение (Гал.1,8-9: Аще мы, или Ангел с Небесе благовестит вам паче еже благовестихом вам, анафема да будет. Якоже пререкох, и ныне паки глаголю, аще кто вам благовестит паче еже приясте, анафема да будет). Так выразилось Священное Писание не потому, чтоб кто либо из святых Ангелов покусился противоречить учению Христову, но потому, что учение Христово, учение Божие, проповеданное Апостолами, вполне достоверно, вполне свято, не подлежит никаким изменениям, как бы не представлялись эти изменения основательными недостаточному, превратному знанию и плотскому мудрованию. Учение Христово, будучи превыше суда и человеков и Ангелов, принимается одною смиренною верою, и само служит тем камнем, которым испытуются все прочие учения.

Ученик. Однако святые Отцы очень остерегают занимающагося молитвою Иисусовою от прелести.

Ученик. Что в человеке, какое условие в нем самом, делает его способным к прелести?

Старец. Преподобный Григорий Синаит говорит: «вообще одна причина прелести — гордость» (Гл.131, Добр., ч.5). В гордости человеческой, которая есть самообольщение, диавол находит для себя удобное пристанище, и присоединяет свое обольщение к самообольщению человеческому. Всякий человек более или менее склонен к прелести: потому что самая чистая природа человеческая имеет в себе нечто горделивое (Пр. Макарий Великий, Беседа 7, гл.4).

Основательны предостережения отцов! Должно быть очень осмотрительным, должно очень охранять себя от самообольщения и прелести. В наше время, при совершенном оскудении Боговдохновенных наставников, нужна особенная осторожность, особенная бдительность над собою. Оне нужны при всех иноческих подвигах: наиболее нужны при молитвенном подвиге, который из всех подвигов — возвышеннейший, душеспасительнейший, наиболее наветуемый врагами (Пр.Макарий Великий, Слово 3, гл.2). Со страхом жительствуйте (Петр.1,17), — завещавает Апостол. В упражнении молитвою Иисусовою есть свое начало, своя постепенность свой конец безконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца. Святейший Каллист, патриарх Константинопольский, живописуя духовные плоды этой молитвы, говорит: «Никто, из ненаученных тайнам или из требующих млека, услыша высокое учение о благодатном действии молитвы, да не осмелится прикоснуться к нему. Возбранена такая несвоевременная попытка. Покусившихся на нее, и взыскавших преждевременно того, что приходит в свое время, усиливающихся взойти в пристанище безстрастия в несоответствующем ему устроении, Отцы признают не иначе, как находящимися в умопомешательстве. Невозможно читать книг тому, кто не выучился грамоте» (Главы о молитве, гл. 8, Добр.,ч.5).

Ученик. Что значит начинать упражнение молитвою Иисусовою с середины и конца, и что значит начинать это упражнение с начала?

Ученик. Имеется ли какое верное средство к предохранению себя от прелести вообще, при всех подвигах монашеских, и в частности при упражнении молитвою Иисусовою?

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Старец. Как гордость есть вообще причина прелести: так смирение — добродетель, прямо противоположная гордости — служит верным предостережением и предохранением от прелести. Святый Иоанн Лествичник назвал смирение погублением страстей (Лествица, заглавие 25 Слова). Очевидно, что в том, в ком не действуют страсти, в ком обузданы страсти, не может действовать и прелесть: потому что прелесть есть страстное или пристрастное уклонение души ко лжи на основании гордости.

При упражнении молитвою Иисусовою и вообще молитвою, вполне и со всею верностию предохраняет вид смирения, называемый плачем. Плач есть сердечное чувство покаяния, спасительной печали о греховности и разнообразной, многочисленной немощи человека. Плач есть дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит (Пс.50,19), то есть, не предаст во власть и поругание демонам, как предается им сердце гордое, исполненное самомнения, самонадеянности, тщеславия. Плач есть та единственная жертва, которую Бог принимает от падшаго человеческаго духа, до обновления человеческаго духа Святым Божиим Духом. Да будет наша молитва проникнута чувством покаяния, да совокупится она с плачем, — и прелесть никогда не воздействует в нас.

Ныне, по причине совершенного оскудения духоносных наставников, подвижник молитвы вынужден исключительно руководствоваться Священным Писанием и писаниями Отцов (Пр.Нил Сорский, предисловие к преданию). Это — гораздо труднее. Новая причина для сугубаго плача!

Святитель Игнатий Брянчанинов. Аскетические опыты, том 1, стр. 203-2 27

Учение о молитве Иисусовой святителя Игнатия (Брянчанинова) и в «Откровенных рассказах странника»

О письмах святителя Игнатия Брянчанинова Среди эпистолярного наследия русских старцев особо выделяются письма духовного писателя и аскета святителя Игнатия Брянчанинова177. Уже первое знакомство с ними показывает, что автор их сохраняет высокий стиль своих больших

§ 1. Основы духовной жизни [1] (по творениям святителя Игнатия Брянчанинова) Существо любой религии заключено в духовной жизни, которая является наиболее сокровенной ее стороной. Вхождение в эту жизнь требует не только ревности от человека, но и знания законов духовной

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ТВОРЕНИЙ святителя ИГНАТИЯ БРЯНЧАНИНОВА Том III Паломникъ Москва2006 по Р. Х. По благословению архиепископа Тернопольского и Кременецкого СЕРГИЯ Составление и общая редакция А. Н. СтрижевТретий том Полного собрания творений святителя Игнатия

К истории рода Святителя Игнатия Брянчанинова [1234] Брянчаниновы принадлежали к тому среднему российскому дворянству, трудами которого на протяжении веков собиралось, обустраивалось, создавалось великое государство, носившее название Российской Империи.Древо рода

Читайте так же:  Молитва о семье ПреСвятой Богородице

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ТВОРЕНИЙ святителя ИГНАТИЯ БРЯНЧАНИНОВА Том IV МоскваПаломникъ2002 по Р. Х. По благословению архиепископа Тернопольского и Кременецкого СЕРГИЯ Составление и общая редакцияА. Н. СтрижевНастоящий том Полного собрания творений святителя Игнатия

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ТВОРЕНИЙ святителя ИГНАТИЯ БРЯНЧАНИНОВА Том V 2003 по Р. Х.По благословениюархиепископа Тернопольского и КременецкогоСЕРГИЯСоставление и общая редакцияА. Н. СтрижевПятый том Полного собрания творений святителя Игнатия Брянчанинова содержит

Письма святителя Игнатия Брянчанинова к Н. Н.

Письма святителя Игнатия Брянчанинова к С. И.

V. Учение епископа Игнатия об Иисусовой молитве Иисусова молитва, по мнению святых Отцов, есть «художество из художеств» — это есть то внутреннее духовное делание, которое превосходит все другие делания, возводя монаха к совершенству. Делание это велико и многотрудно и

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ТВОРЕНИЙ святителя ИГНАТИЯ БРЯНЧАНИНОВА Том VI МоскваПаломникъ2004 по Р. Х.По благословениюархиепископа Тернопольского и КременецкогоСЕРГИЯСоставление и общая редакцияА. Н. СтрижевШестой том Полного собрания творений святителя Игнатия

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ТВОРЕНИЙ святителя ИГНАТИЯ БРЯНЧАНИНОВА Том VII ПаломникъМОСКВА2007 по Р. Х.По благословениюархиепископа Тернопольского и КременецкогоСЕРГИЯСоставлениеО. И. ШафрановаОбщая редакцияА. Н. СтрижевСедьмой и восьмой тома Полного собрания творений

Переписка святителя Игнатия Брянчанинова с архиереями

Письмо Николая Семеновича Брянчанинова, племянника святителя Игнатия, к П. П. Яковлеву [434] Многоуважаемый Павел Петрович!По поручению Вашему я наводил справку, где именно находится портрет покойного Преосвященного Игнатия, снятый во дни его молодости в военной форме. На

Учение о молитве Иисусовой святителя Игнатия (Брянчанинова) Источник — http://www.mpda.ru/site_pub/105753.htmlВ статье засл. проф. МДА А.И. Осипова раскрывается учение святителя Игнатия о молитве, сравниваемое с повествованием «Откровенных рассказов странника» и с состоянием героя этой

Молитва преследуемого человеками святителя Игнатия Брянчанинова Благодарю Тебя, Господь и Бог мой, за все совершившееся надо мною! Благодарю Тебя за все скорби и искушения, которые посылал Ты мне для очищения оскверненных грехами, для исцеления изъязвленных грехами

В центре умного делания святителя Игнатия, как и многих других отцов-аскетов, – молитва Иисусова. Святитель выявляет определенную последовательность в совершении молитвы Иисусовой, своего рода ступени молитвенного восхождения к Богу. В частности, в аскетическом наследии святителя мы видим следующие ступени:

Для правильного прохождения данных ступеней молитвенного делания святитель предлагает один и тот же принцип: заключать ум в слова молитвы, отвергая всякую мечтательность: «Святый Иоанн Лествичник советует заключать ум в слова молитвы и, сколько бы раз он ни устранился из слов, опять вводить его. Этот механизм особенно полезен и особенно удобен. Когда ум будет таким образом во внимании, тогда и сердце вступит в сочувствие уму умилением – молитва будет совершаться совокупно умом и сердцем» [1] .

Первый вид совершения молитвы Иисусовой есть совершение ее устно, гласно, словесно. Он заключается в устном произношении слов молитвы Иисусовой при внимании к ним ума. Молитва устная, поскольку произносится языком, есть явление еще телесного подвига, который, однако, не должен исключаться при вступлении в умное делание [4] . Вместе с тем молитва устная есть начало умной молитвы, когда произносимым словам сопутствует внимание ума, эта неизменная, обязательная принадлежность умного делания. «Устной, гласной молитве, как и всякой другой, должно непременно сопутствовать внимание. При внимании польза устной молитвы – неисчислима. С нее должен начинать подвижник» [5] . «Для всех и каждого существенно полезно начинать обучение молению именем Господа Иисуса с совершения молитвы Иисусовой устно при заключении ума в слова молитвы. Заключением ума в слова молитвы изображается строжайшее внимание к этим словам, без которого молитва подобна телу без души» [6] .

Во внимании ума к словам молитвы состоит вся связь устной молитвы с умным деланием, без этого устная молитва не может оказать пользы душе. И потому необходимо произносить молитву неспешно, тихо, спокойно, с умилением сердца, произносить ее чуть вслух, отгоняя все приходящие помыслы и заключая ум в произносимые слова [7] . «Внимательная устная и гласная молитва, – говорит святой Игнатий, – есть начало и причина умной. Внимательная устная и гласная молитва есть вместе и молитва умная. Научимся сперва молиться внимательно устною и гласною молитвою, тогда удобно научимся молиться и одним умом в безмолвии внутренней клети» [8] .

От частого упражнения в гласной молитве уста и язык освящаются, делаются неспособными к служению греху, освящение сообщается и душе. Поэтому святитель Игнатий приводит в пример преподобных Сергия Радонежского, Илариона Суздальского, Серафима Саровского и некоторых других святых, которые не оставляли устной и гласной молитвы в течение всей жизни и сподобились благодатных даров Святого Духа. У этих святых «с гласом и устами были соединены ум, сердце, вся душа и всё тело; они произносили молитву от всей души, от всей крепости своей, из всего существа своего, из всего человека» [9] . Святитель Игнатий достаточно высоко оценивает устную молитву, он советует совершать ее всем без исключения, совершать по указанному способу преподобного Иоанна Лествичника, без самостоятельного поиска последующих видов молитвы, поскольку лишь Господь может преобразовать устную молитву в умную, сердечную и душевную [10] .

Устная молитва, когда в ней приобретено и хранится внимание нерассеянным, сама собой переходит в молитву умную, а затем сердечную, что соответствует определенной духовной зрелости [11] .

Молитва называется «умною, когда произносится умом с глубоким вниманием, при сочувствии сердца» [12] . Способ преподобного Иоанна Лествичника уже приносит плод: ум привыкает заключаться в словах молитвы, внимание ума становится более глубоким, при этом уму содействует сердце. Сердце соучаствует в молитве чувствами сокрушения, покаяния, плача, умиления [13] . Впрочем, естество еще не преображено, разъединение ума, сердца и тела влияет на молитву, время от времени умная молитва расхищается чуждыми помыслами. Причина этого заключается в том, что ум, не освободившись совершенно от пристрастий, впечатлений, попечений, не имеет устойчивости и потому предается мечтаниям. Поэтому на данной ступени еще требуется постоянное понуждение себя к правильному совершению молитвы. Для достижения благодатной непарительности ума необходимо постоянно доказывать искренность своего желания подвигом, удержанием ума в словах молитвы.

Собственный подвиг со временем может привести к благодатному, нерасхищаемому вниманию, но сначала «предоставляется молящемуся молиться при одном собственном усилии; благодать Божия несомненно содействует молящемуся благонамеренно, но она не обнаруживает своего присутствия. В это время страсти, сокровенные в сердце, приходят в движение и возводят делателя молитвы к мученическому подвигу, в котором побеждения и победы непрестанно сменяют друг друга, в котором свободное произволение человека и немощь его выражаются с ясностию» [14] . Нередко понуждение себя к умной молитве длится всю жизнь. Поскольку молитва противостоит ветхому человеку, то доколе он присутствует в нас, дотоле противится молитве. Противятся ей и падшие духи, стараются осквернить молитву склонением нас к рассеянности, к принятию приносимых ими помыслов и мечтаний. Но часто понуждение себя увенчивается благодатным утешением в молитве, которое способно ободрять к дальнейшему понуждению себя.

Если же будет воля Божия, то, как говорит святитель Игнатий, «благодать Божия являет ощутительно свое присутствие и действие, соединяя ум с сердцем, доставляя возможность молиться непарительно или, что то же, без развлечения, с сердечным плачем и теплотою; при этом греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом» [15] . И такая молитва именуется у святителя Игнатия «сердечною, когда произносится соединенными умом и сердцем, причем ум как бы нисходит в сердце и из глубины сердца воссылает молитву» [16] .

Читайте так же:  Кому помогла молитва Святому Киприану

Состояние при сердечной молитве характеризуется освобождением от расхищения и пленения души наносимыми врагом помыслами, подвижник допускается пред невидимое лице Божие, и если ранее, при нечистой молитве, понятие его о Боге было мертвым, то теперь он «познает Бога познанием живым, опытным» [17] . То есть только при сердечной, нерасхищаемой молитве возникает живое познание Бога, не теоретическое и отстраненное, а опытное богопознание. «Тогда человек, обратив взоры ума на себя, видит себя созданием, а не существом самобытным, каким обманчиво представляются люди самим себе, находясь в омрачении и самообольщении; тогда уставляет он себя в то отношение к Богу, в каком должно быть создание Его, сознавая себя обязанным благоговейно покоряться воле Божией и всеусердно исполнять ее» [18] . Благодатный духовный плач, как особый дар Божий, сопутствует сердечной молитве [19] .

И далее, по святителю Игнатию, молитва становится «душевною, когда совершается от всея души, с участием самого тела, когда совершается из всего существа, причем всё существо соделывается как бы едиными устами, произносящими молитву» [20] . Душевной молитве свойственно благодатное духовное ощущение страха Божия, благоговения и умиления, которое переходит в любовь. Только на этой ступени подвижник испытывает духовное наслаждение в предстоянии лицу Божию, молитва его становится самодвижной, непрестанной [21] .

Святитель Игнатий описывает этот завершительный этап молитвенного восхождения к Богу весьма сходно с тем, как свидетельствуют о состоянии духовного восхищения и созерцания другие святые отцы: «Когда ж, по неизреченному милосердию Божию, ум начнет соединяться в молитве с сердцем и душею, тогда душа, сперва мало-помалу, а потом и вся начнет устремляться вместе с умом в молитву. Наконец устремится в молитву и самое бренное наше тело, сотворенное с вожделением Бога, а от падения заразившееся вожделением скотоподобным. Тогда чувства телесные остаются в бездействии: глаза смотрят и не видят: уши слышат и вместе не слышат. Тогда весь человек бывает объят молитвою: самые руки его, ноги и персты несказанно, но вполне явственно и ощутительно участвуют в молитве и бывают исполнены необъяснимой словами силы» [22] . Хотя святитель не употребил ни термина «обожение», ни термина «созерцание», но его описание объятия молитвой всего человека с душой и телом и исполнения «необъяснимой словами силой», несомненно, подводит к этим понятиям.

Итак, подытожим учение святителя Игнатия о ступенях молитвенного делания. Молитва устная – внимательно произносимая вслух. Умная – с глубоким вниманием ума и покаянными чувствами сердца, но время от времени расхищаемая мечтательностью. Сердечная – из соединенных ума и сердца, когда молитва становится непарительной, а греховные помыслы утрачивают насильственную власть над умом. Душевная – это молитва благодатная, произносимая из всего душевно-телесного существа человека, сопутствуемая особым благодатным состоянием и ощущением духовной любви. Причем лишь на этой, завершительной, четвертой ступени подвижник испытывает духовное наслаждение в предстоянии лицу Божию, а молитва его становится самодвижной, непрестанной. На данном пути строжайше запрещается специально искать молитвенных восторгов и скорых переходов на последующую ступень молитвы, что должно совершаться естественным образом по усмотрению Божию.

Аскетические опыты, том 1, стр. 203-227

Беседа старца с учеником (старцем называется в монастырях инок, руководствующий и наставляющий других иноков).

Ученик. Можно ли всем братиям в монастыре заниматься молитвою Иисусовою?

Старец. Не только можно, но и должно. При пострижении в монашество, когда новопостриженному вручаются четки, называемые при этом мечем духовным, завещается ему непрестанное, деннонощное моление молитвою Иисусовою (Предисловие схимонаха Василия Поляномерульскаго на главы блаженнаго Филофея Синайскаго. Житие и писания Молдавскаго старца, Паисия Величковскаго, изд. Оптиной пустыни. Москва 1847 г). Следовательно упражнение в молитве Иисусовой есть обет монаха. Исполнение обета есть обязанность, от которой нет возможности отречься.

Ученик. Суждение старца Серафима представляется мне слишком строгим.

Святый Варсонофий Великий говорит: «если внутреннее делание с Богом, то есть, осененное Божественною благодатию, не поможет человеку: то тщетно подвизается он наружным, то есть, телесным подвигом» (ответ 210). Святый Исаак Сирский: «не имеющий душевнаго делания, лишен духовных дарований» (Слово 56). В другом слове этот великий наставник христианскаго подвижичества уподобляет телесные подвиги, без подвига об очищении ума, ложеснам безплодным и сосцам изсохшим: «они, – сказал Святый, – не могут приближиться к разуму Божию» (слово 58).

Такому учению святых Отцов служит основанием, как зданию краеугольный камень, учение Самаго Господа. Истиннии поклонницы, – возвестил Господь, – поклоняются Отцу Духом и Истиною: ибо Отец таковых ищет поклоняющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, Духом и Истиною достоит кланятися (Иоан. 4;1,23,24).

Помню: современные молодости моей некоторые благочестивые миряне, даже из дворян, проводившие очень простую жизнь, занимались Иисусовою молитвою. Этот драгоценный обычай, ныне, при общем ослаблении христианства и монашества, почти утратился. Моление именем Господа Иисуса Христа требует трезвенной, строго нравственной жизни, жизни странника, требует оставления пристрастий, а нам сделались нужными разсеянность, обширное знакомство, удовлетворение нашим многочисленным прихотям, благодетели и благодетельницы. Иисус уклонися, народу сущу на месте (Иоан.5,13).

Ученик. Последствием сказаннаго не будет ли заключение, что без упражнения молитвою Иисусовою не получается спасение?

Ученик. Направление современнаго монашества, при котором упражнение молитвою Иисусовою встречается очень редко, может ли послужить для меня извинением и оправданием, если я не буду заниматься ею?

Старец. Долг остается долгом, и обязанность обязанностию, хотя бы число неисполняющих еще более умножилось. Обет произносится всеми. Ни множество нарушителей обета, ни обычай нарушения, не дают законности нарушению. Мало то стадо, которому Отец Небесный благоволил царство (Лук. 12,32). Всегда тесный путь имеет мало путешественников, а широкий много (Матф. 7,13-14). В последния времена тесный путь оставится почти всеми, почти все пойдут по широкому. Из этого не следует, что широкий потеряет свойство вводить в пагубу, что тесный сделается излишним, ненужным для спасения. Желающий спастись непременно должен держаться теснаго пути, положительно завещаннаго Спасителем.

Ученик. Почему называешь ты тесным путем упражнение молитвою Иисусовою?

Старец. Как же не тесный путь? Тесный путь, в точном смысле слова! Желающий заняться успешно молитвою Иисусовою должен оградить себя, и извне, и внутри поведением самым благоразумным, самым осторожным: падшее естество наше готово ежечасно изменить нам, предать нас; падшие духи с особенным неистовством и коварством наветуют упражнение молитвою Иисусовою. Нередко из ничтожной, повидимому, неосторожности, из небрежности и самонадеянности непримеченных, возникает важное последствие, имеющее влияние на жизнь, на вечную участь подвижника, – и аще не Господь помогл бы ми, вмале вселилася бы во ад душа моя. Подвижеся нога моя: милость Твоя, Господи, помогаше ми (Пс. 93,17-18).

Читайте так же:  Молитва когда умирает мать

Путь истинной молитвы соделывается несравненно теснее, когда подвижник вступит на него деятельностию внутренняго человека. Когда же он вступит в эти теснины, и ощутит правильность, спасительность, необходимость такого положения; когда труд во внутренней клети соделается вожделенным для него: тогда соделается вожделенною и теснота по наружному жительству, как служащая обителию и хранилищем внутренней деятельности. Вступивший умом в подвиг молитвы, должен отречься и постоянно отрекаться как от всех помыслов и ощущений падшаго естества, так и от всех помыслов и ощущений, приносимых падшими духами, сколько бы ни были благовидными те и другие помыслы и ощущения: он должен идти постоянно тесным путем внимательнейшей молитвы, не уклоняясь ни налево, ни направо. Уклонением налево называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами суетными и греховными; уклонением направо называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами, повидимому благими.

О, как справедливо называют Отцы упражнение молитвою Иисусовою и тесным путем, и самоотвержением, и отречением от мира! (Преп. Нил Синайский, о молитве, гл.17,18,142. Добр.,ч.2). Эти достоинства принадлежат всякой внимательной и благоговейной молитве, по преимуществу же молитве Иисусовой, чуждой того разнообразия в форме и того многомыслия, которыя составляют принадлежность псалмопения и прочих молитвословий (Лествица, слово 28, гл.10).

Старец. Она состоит из следующих слов: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго. – Некоторые Отцы (Преп. авва Дорофей, житие преп. Досифея, преп. Григорий Синаит, Добр., ч.5) разделяют молитву, для новоначальных, на две половины, и повелевают с утра, примерно, до обеда говорить: Господи, Иисусе Христе, помилуй мя,- а после обеда: Сыне Божий, помилуй мя. Это – древнее предание. Но лучше приучиться, если то можно, к произношению цель- ной молитвы. Разделение допущено по снисхождению к немощи немощных и новоначальных.

Ученик. Помянуто ли о Иисусовой молитве в Священном Писании?

Ученик. Некоторые утверждают, что от упражнения Иисусовою молитвою всегда, или почти всегда последует прелесть, и очень запрещают заниматься этой молитвою.

Ученик. Но старцы, которых мнение приведено мною, пользуются особенною известностию, признаются многими за опытнейших наставников в духовной жизни.

Старец. Апостол заповедал – правильнее – заповедал устами Апостола Святый Дух отвергать всякое учение, не согласное с учением, которое благовествовали Апостолы, отвергать и тогда, когда бы Ангел с Небесе благовестил это несогласное учение (Гал.1,8-9: Аще мы, или Ангел с Небесе благовестит вам паче еже благовестихом вам, анафема да будет. Якоже пререкох, и ныне паки глаголю, аще кто вам благовестит паче еже приясте, анафема да будет). Так выразилось Священное Писание не потому, чтоб кто либо из святых Ангелов покусился противоречить учению Христову, но потому, что учение Христово, учение Божие, проповеданное Апостолами, вполне достоверно, вполне свято, не подлежит никаким изменениям, как бы не представлялись эти изменения основательными недостаточному, превратному знанию и плотскому мудрованию. Учение Христово, будучи превыше суда и человеков и Ангелов, принимается одною смиренною верою, и само служит тем камнем, которым испытуются все прочие учения.

Ученик. Однако святые Отцы очень остерегают занимающагося молитвою Иисусовою от прелести.

Ученик. Что в человеке, какое условие в нем самом, делает его способным к прелести?

Старец. Преподобный Григорий Синаит говорит: «вообще одна причина прелести – гордость» (Гл.131, Добр., ч.5). В гордости человеческой, которая есть самообольщение, диавол находит для себя удобное пристанище, и присоединяет свое обольщение к самообольщению человеческому. Всякий человек более или менее склонен к прелести: потому что самая чистая природа человеческая имеет в себе нечто горделивое (Пр. Макарий Великий, Беседа 7, гл.4).

Основательны предостережения отцов! Должно быть очень осмотрительным, должно очень охранять себя от самообольщения и прелести. В наше время, при совершенном оскудении Боговдохновенных наставников, нужна особенная осторожность, особенная бдительность над собою. Оне нужны при всех иноческих подвигах: наиболее нужны при молитвенном подвиге, который из всех подвигов – возвышеннейший, душеспасительнейший, наиболее наветуемый врагами (Пр.Макарий Великий, Слово 3, гл.2). Со страхом жительствуйте (Петр.1,17), – завещавает Апостол. В упражнении молитвою Иисусовою есть свое начало, своя постепенность свой конец безконечный. Необходимо начинать упражнение с начала, а не с середины и не с конца. Святейший Каллист, патриарх Константинопольский, живописуя духовные плоды этой молитвы, говорит: «Никто, из ненаученных тайнам или из требующих млека, услыша высокое учение о благодатном действии молитвы, да не осмелится прикоснуться к нему. Возбранена такая несвоевременная попытка. Покусившихся на нее, и взыскавших преждевременно того, что приходит в свое время, усиливающихся взойти в пристанище безстрастия в несоответствующем ему устроении, Отцы признают не иначе, как находящимися в умопомешательстве. Невозможно читать книг тому, кто не выучился грамоте» (Главы о молитве, гл. 8, Добр.,ч.5).

Ученик. Что значит начинать упражнение молитвою Иисусовою с середины и конца, и что значит начинать это упражнение с начала?

Ученик. Имеется ли какое верное средство к предохранению себя от прелести вообще, при всех подвигах монашеских, и в частности при упражнении молитвою Иисусовою?

Старец. Как гордость есть вообще причина прелести: так смирение – добродетель, прямо противоположная гордости – служит верным предостережением и предохранением от прелести. Святый Иоанн Лествичник назвал смирение погублением страстей (Лествица, заглавие 25 Слова). Очевидно, что в том, в ком не действуют страсти, в ком обузданы страсти, не может действовать и прелесть: потому что прелесть есть страстное или пристрастное уклонение души ко лжи на основании гордости.

При упражнении молитвою Иисусовою и вообще молитвою, вполне и со всею верностию предохраняет вид смирения, называемый плачем. Плач есть сердечное чувство покаяния, спасительной печали о греховности и разнообразной, многочисленной немощи человека. Плач есть дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит (Пс.50,19), то есть, не предаст во власть и поругание демонам, как предается им сердце гордое, исполненное самомнения, самонадеянности, тщеславия. Плач есть та единственная жертва, которую Бог принимает от падшаго человеческаго духа, до обновления человеческаго духа Святым Божиим Духом. Да будет наша молитва проникнута чувством покаяния, да совокупится она с плачем, – и прелесть никогда не воздействует в нас.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Ныне, по причине совершенного оскудения духоносных наставников, подвижник молитвы вынужден исключительно руководствоваться Священным Писанием и писаниями Отцов (Пр.Нил Сорский, предисловие к преданию). Это – гораздо труднее. Новая причина для сугубаго плача!

Учение о молитве Иисусовой Святителя игнатия брянчанинова
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here